Первые лица российской политики, долгое время вообще обходившие тему кризиса стороной, хором высказали весьма нетривиальные предположения. Так, вице-премьер и министр финансов Алексей Кудрин в пятницу пришел в Думу будто бы специально для того, чтобы сообщить: наши фондовые индексы и впредь будут падать. Индексы послушались чиновника, и некий расторопный инвестор успел по дешевке купить все акции Сбербанка, предложенные к продаже на тот момент. Любопытно, что, по официальному сообщению Сбера, четыре его топ-менеджера докупили акции банка на падающем рынке.
Вице-премьер Сергей Иванов, которого по идее на финансовую проблематику никто особо высказываться не просил, заявил-таки, что не расстроится, если российские банки лопнут. Дословно: «На мой личный взгляд, некоторые банки - совсем не банки, а прачечные. Только воздух чище будет». По счастливому стечению обстоятельств список прачечных г-ном Ивановым оглашен не был, поэтому информации о банкротствах пока не поступало.
Зато премьер-министр Владимир Путин всячески сторонится упоминания в одном контексте с кризисом. Вот и последнее антикризисное совещание правительства проводил, как ни странно, президент Дмитрий Медведев, а Путин в это время осматривал мечеть в Грозном вместе с главой Чечни Рамзаном Кадыровым.
Российский союз промышленников и предпринимателей впервые за долгое время оказался категорически не согласен с действиями правительства. По мнению РСПП, закачивание денег в госбанки и госкорпорацию ВЭБ приведет к тому, что отдельные игроки получат излишние конкурентные преимущества. Если отбросить необходимые в таком случае дипломатические формулировки, то промышленникам и предпринимателям не нравится идея частичной национализации отечественной экономики в рамках борьбы с кризисом. То, что у членов бывшего «профсоюза олигархов» проснулся хотя бы инстинкт самосохранения, дремавший, к примеру, во время «дела ЮКОСА», уже не может не радовать.
На прошлой неделе цены на нефть пробили рубеж, который принято называть психологическим, - 70 долларов за баррель. Для нашей страны рубеж правильнее назвать критическим - исходя из этого нижнего предела, верстались бюджеты и крупнейших компаний, и, собственно, Российской Федерации. Но у нас пока еще есть Резервный фонд, из которого, как показывает практика, можно покрывать не только дефицит бюджета, но и долги частных и государственных компаний.
Правда, речь не идет о священном долге социальной ответственности перед потребителем. Президент Дмитрий Медведев задал волнующий уже многих граждан - и потому не риторический вопрос: почему цены на бензин в нашей стране не падают следом за мировыми ценами на нефть? Ответ на него найдут либо сами нефтяники, либо Федеральная антимонопольная служба в тандеме с прокуратурой.
