20 лет назад рухнула стена, разделявшая капиталистический Запад и социалистический Восток. Как на самом деле это было?
В ночь на 10 ноября 1989 года неожиданно для многих была разрушена Берлинская стена - главный символ «холодной войны». Что подумали в тот момент советские и немецкие вожди и что это значит для нас сегодня? Ответы на эти вопросы дает политический обозреватель НТВ Владимир Кондратьев в своем фильме «Стена».
«Приветствую «Комсомолку» - мою любимую газету, как у Путина! « - Владимир Петрович встречает меня на рабочем месте, в студии, где снова и снова просматривает отснятые кадры, переживая за каждую деталь. На экранах появляется премьер, снявшийся в проекте НТВ. Путин в то время как раз работал в ГДР, и все происходило у него на глазах.
ПУТИН УСМИРИЛ ТОЛПУ БЕЗ ПИСТОЛЕТА
- По работе Путин постоянно выезжал из Дрездена в Берлин, поэтому видел эту стену чуть ли не каждую неделю. Четыре года он на нее глядел, и она ему очень не нравилась. Она в отличие от Китайской стены разделяла свой народ. «И в этом, конечно, была ее неестественность, и для меня было ясно, что это в современном мире невозможно удержать, и удержано быть не может», - говорит Путин. Я у него спросил, о чем он подумал в тот момент, когда стена упала. Это конец ГДР? Он ответил: «Скорее да, чем нет. Для меня было очевидно, что решение будет сделано именно в пользу прямого объединения». Он изначально считал, что возводить стену было бессмысленно: «Считаю абсолютно неперспективным разделение Германии, исторически это не имело никаких перспектив. Германия и немецкий народ очень долгое время были заложниками борьбы двух сверхдержав и оккупационных сил как на Западе, так и на Востоке. Но разделение народов бесперспективно, это было ясно с самого начала, этого делать было нельзя».
- Как премьер оценивает события той ночи 20 лет спустя?
- Я спросил Путина, все ли было сделано для защиты наших интересов. Он сказал: «Мы всегда задним числом умные. Как бы я сам поступил, если бы тогда принимал решение, говорить не буду. Произошло то, что и должно было случиться. Что касается защиты наших интересов при объединении Германии, наверное, можно было сделать что-то иначе, но, мне кажется, в ходе этих процессов было сделано самое главное, и самый главный плюс в том, что возникло новое качество отношений между Россией и Германией, возникло чувство доверия и благодарности. И это один из базовых камней в фундаменте наших отношений, на которых и строится здание нашего взаимодействия сегодня». Вот для меня это ключевая фраза, я считаю, Путин дает ответ всем - правильно тогда все было сделано или неправильно, отдали ли нашего союзника ГДР Западу на съедение или не отдали, получил Советский Союз «все свои деньги» или не получил, - все это дискуссии о прошлом, а наши страны двигаются дальше как партнеры, и для многих это должно быть примером межгосударственных отношений в XXI веке.
- Подтвердите или наконец развейте слухи о том, что ВВП сдерживал толпу, чуть ли не махая пистолетом.
- Этот вопрос все время задают на Западе! Не было никакого пистолета! Мы не раз снимали в Дрездене, с людьми беседовали, которые помнят тот момент. Его спрашивают:
- Что вы так хорошо по-немецки говорите?
- Я переводчик.
- Кому принадлежит здание?
- Советской Армии. Переводчики не бегают ведь с пистолетами, да? Путин вел переговоры с толпой, которая до этого разгромила здание Штази буквально в ста метрах. И вот разгоряченный народ пришел уже к месту, где работал Путин с товарищами. Он вышел, выдал себя за переводчика, сказал, что это советское учреждение, и конфликт был улажен, поскольку, по его словам, гэдээровцы очень внимательно относились к советским друзьям и искали у них поддержки и помощи, даже если у них были свои внутренние конфликты.
ТА НОЧЬ ИЗМЕНИЛА МИР
- Вы тогда тоже были в Германии. Какой вам запомнилась та ночь?
- Я работал в Бонне, по другую сторону границы. Нам показывают, как кран берет и снимает фрагмент, и все думают, что пришел народ, ударил кулаком и стену тут же начали растаскивать по кускам. А вот как было на самом деле, мы и хотим рассказать в нашем фильме. Ведь никто не собирался в тот день открывать стену. Планировали открыть границу где-нибудь у Баварии и выпускать в эту «дыру» всех, кто не хочет оставаться в ГДР. Четыре полковника - два от МВД и два от Министерства госбезопасности - по поручению властей должны были разработать этот вариант с «дырой» на границе. Но по своей воле туда еще вписали фразу, что все граждане имеют право выезжать за границу в установленном порядке, с загранпаспортом и визами. Документ должен был вступить в силу 10 ноября. Член Политбюро ГДР Гюнтер Шабовски, который не был на пленуме и не знал деталей и все перепутал, сказав журналистам, что идти можно уже сейчас.
- И если бы не его ошибка, стена все еще стояла бы?
- Для меня остается большой загадкой: не случись этого, какой бы сейчас была ГДР? Может, это была бы нейтральная страна, как Австрия. Не упади стена, неизвестно, что было бы с СССР. Может, Горбачев был бы более сильным политиком...
ГОРБАЧ ЕВА ТОГДА ПОБОЯЛИСЬ БУДИТЬ
- Что говорят на эту тему сам Михаил Сергеевич и другие герои фильма?
- Горбачеву доложили только на следующее утро. В то время как Коль, находясь в Польше, искал возможность дозвониться, Горбачев мирно спал. Кренц (председатель Госсовета ГДР. - Ред. } переживает, что с советским посольством ничего не согласовали, а Горбачев присылает телеграмму: «Поздравляю вас со смелым и успешным шагом». В фильме Горбачев говорит, что все было сделано идеально. Эгон Кренц рассказывает: «У нас и в мыслях не было стрелять по своему народу». И добавляет: «Если бы не досадная ошибка моего коллеги Шабовски, все могло быть иначе». И хотя в Германии давно отмечают 9 ноября - День падения Берлинской стены, у нас до сих пор его практически не замечали. А в этот раз 9 ноября в Берлине будет президент Медведев. Такое внимание со стороны Москвы еще больше укрепляет благодарность немцев.
- И никакой ностальгии по ушедшим навсегда временам не наблюдается?
- Когда я спросил у Путина, не испытывает ли он ностальгических чувств, когда приезжает в бывшую ГДР, страну, с которой связал годы своей жизни, он сказал так: «Ностальгия на бытовом уровне. Это были не самые плохие годы моей жизни. Мы дружили с коллегами, познавали новый для нас мир. Я осваивал язык, наши дети ходили в немецкие ясли, сад, с соседями общались. Бытовое общение - это целый мир, а для человека, который владеет иностранным языком, - это еще одна жизнь. Мы частенько ездили на экскурсии, на Рождество выезжали в горы. В этой связи да, какое-то чувство ностальгическое есть. Но мы видим, как развивается Федеративная республика, мы рады тому, что у нас выстраиваются очень добрые отношения уже совершенно на новой базе, и это, конечно, всякую ностальгию отправляет на второй план». Сейчас многие в Германии говорят «остальгия» (от слова «ост» - «восток». - Ред.). Популярны музеи, где показана жизнь ГДР, сувениры гэдээровские, напитки, сигареты. Но это уже экзотика. Многим пожилым людям, конечно, сложно, но они получают пенсию, которой у нас позавидует любой работающий, - 1200 евро. Вот наши пенсионеры как раз имеют больше оснований вспоминать былые времена.
***
Смотрите документальный фильм Владимира Кондратьева «Стена» в эфире НТВ в воскресенье, 8 ноября, в 19. 25.
***
Владимир Петрович КОНДРАТЬЕВ родился в 1947 г. в Москве. Выпускник факультета журналистики Университета им. Карла Маркса (Лейпциг, ГДР) 20 лет проработал на Гостелерадио СССР. В 1986 - 1994 гг. - заведующий корпунктом советского Гостелерадио в Бонне. В 1994 - 1997 гг. - директор представительства НТВ в Берлине. С 1997 г. работает в России политобозревателем НТВ. Член Академии Российского телевидения, кавалер ордена Дружбы, заслуженный работник культуры РФ.
Чинкова Елена