Печатная версия передачи от 17 апреля 2009 года.
Сигналы, Расшифровка
Главная тема.
Аналоговые сигналы
Скоро исполнится год со дня вступления Дмитрия Медведева на пост президента. Те, кто помнит первый год пребывания Михаила Горбачева на посту генсека, согласятся, что история повторяется. Горбачев выглядел либеральнее предшественников. Были надежды на «оттепель», однако все были уверены, что Горбачев связан обязательствами перед кремлевскими старцами. Первый год Горбачева пришелся на первый год падения цен на нефть, и власть поняла, что не может позволить себе конфронтацию с Западом. Как и сейчас, тогда произошла «перезагрузка» отношений с Америкой.
Неделю назад американская газета The New York Times опубликовала жесткую редакционную статью: Дмитрий Медведев пока не проявил себя как лидер страны и ничем не подтвердил свою приверженность свободе и верховенству закона. Как не вспомнить Горбачева? Весной 1987 года через газету «Фигаро» к нему обратилась с открытым письмом группа деятелей культуры, при Брежневе изгнанных из СССР: пусть Горбачев делом докажет, что он за реформы.
То, что сделал Дмитрий Медведев вскоре после американской статьи, стало маленькой сенсацией. Во-первых, он дал интервью «Новой газете». Напомним, в марте 2000 года Владимир Путин дал понять главным редакторам СМИ, что не собирается общаться с изданиями, которые его не поддерживают. Во-вторых, Медведев встретился с экспертами либерального Института современного развития, причем не пригласил их к себе в Кремль, а поехал в штаб-квартиру института. В-третьих, он встретился с членами Президентского совета по правам человека, в состав которого недавно были приглашены открытые критики власти.
Эксперты ищут признаки грядущих перемен. Сигналы «городу и миру» - это прекрасно. Но это слова. Мы ждем дел.
***
Победы и поражения
Главный победитель недели - Рамзан Кадыров.
В Чечне отменен режим контртеррористической операции. Правда, это произошло позднее, чем ожидал Кадыров: когда президент Чечни поторопился объявить, что решение в Кремле принято, ему дали понять, что это все-таки прерогатива первых лиц государства.
Спикер Госдумы Борис Грызлов - в минусе. Он заявил, что голосование против антикризисных мер - это вызов политической стабильности со стороны оппозиции. В ответ коммунисты напомнили, что оппозиция существует как раз для того, чтобы предлагать свои проекты.
Федор Бондарчук оказался в двусмысленном положении. Представляя вторую часть «Обитаемого острова», он заговорил о тоталитаризме: отметил, например, что в стране нет свободной прессы. Позднее Бондарчук сказал, что его неправильно поняли, а потом и вовсе получил из рук Бориса Грызлова партбилет «Единой России». Но осадок остался.
Разговор с экспертом: проект «Путин» - внутрь. «Медведев» - на экспорт
Мы беседуем с политологом Станиславом Белковским.
- Как вы оценивает шансы Бориса Немцова на победу в Сочи?
- Если бы выборы были честными, то я оценил бы шансы как весьма высокие. Немцов на фоне нынешней политики все-таки звезда. Один из важнейших мотивов российского избирателя - стремление преодолеть собственную провинциальность, поэтому избиратель любит звезду, независимо от ее политических взглядов и управленческого опыта. Но Кремль не даст Немцову выиграть.
- Почему его зарегистрировали? И не в интересах ли власти попытаться перетянуть его на свою сторону?
- Полагаю, что Немцова зарегистрировали потому, что изначально Кремль хотел превратить выборы мэра Сочи в откровенный балаган, выдвинув несколько заведомо фиктивных кандидатов. Однако со временем стало очевидно, что Немцов, несмотря на информационную блокаду, приобретает все большую поддержку избирателей. Теперь Немцова будут «топить» уже на выборах, используя административный ресурс. Выгодна ли Кремлю победа Немцова? Если бы Кремль руководствовался политической логикой, в чем его часто и необоснованно подозревают, то он дал бы Немцову стать мэром Сочи. Однако Кремль - это бизнес-корпорация, причем с криминальным мышлением. Такая логика не позволяет допускать на серьезные должности независимых людей.
- Что вы думаете об отмене режима контртеррористической операции (КТО) в Чечне?
- Некоторые силовики пытались вяло сопротивляться отмене режима КТО, однако их влияния оказалось недостаточно. Кадыров - не просто глава территории, номинально входящей в состав России. Он одна из ключевых фигур федеральной политики, перед которым у Кремля и правительства есть обязательства. Кроме того, отмена режима КТО свидетельствует о том, что вторая чеченская война закончилась поражением России. Иначе и быть не могло. Война начиналась не как военное и не как политическое мероприятие - как политтехнологический проект, целью которого было доставить Владимиру Путину президентское кресло. В начале 2000 года цель была достигнута. Кремль искал способ, как переложить ответственность за Чечню на какой-нибудь чеченский клан, и в итоге заключил пакт с Кадыровым.
- Какие обязательства у президента и у правительства перед Кадыровым?
- Фактическая независимость Чечне в обмен на формальное пребывание Чечни в составе России и внешнюю лояльность Кремлю. В Грозном будет международный аэропорт и собственная таможня. Думаю, скоро Чечня превратится в рай для импортеров, в новую офшорную зону. Федеральный бюджет недосчитается миллиардов рублей.
- Как вы оцениваете деятельность губернаторов и правительства по борьбе с кризисом?
- У власти нет антикризисной стратегии. Правящая элита современной России - элита временщиков. Основным условием развития экономики для этой элиты, в том числе ее оппозиционной части, является цена нефти. Идей, связанных с развитием экономики, мы не слышим. Губернаторы, безусловно, прекрасно понимают, насколько тяжело положение. А правительство - во всяком случае, его председатель - плохо ориентируется в обстановке.
- Почему министр финансов Алексей Кудрин то и дело выступает с пессимистическими, отличными от заявлений других высокопоставленных чиновников, прогнозами?
- Министр, судя по всему, хорошо понимает, что происходит. Кроме того, он никуда не собирается баллотироваться, и репутация для него важнее политических последствий его заявлений. Возможно, Кудрин пытается снять с себя и с правительства ответственность за последствия кризиса. Ну и наконец есть аппаратное правило: сгущай краски, и тогда любой успех запишут тебе в актив.
- Что, по-вашему, означают последние демарши президента Медведева (встречи с правозащитниками, интервью «Новой газете» и так далее)?
- Любое действие президента России - это сигнал. Однако я бы не переоценивал значимость случившегося. Проект «Путин» был предназначен в основном для внутреннего потребления, его целью было преодоление дефицита легитимности власти, от которого элита страдала в эпоху Бориса Ельцина. Дмитрий Медведев - это экспортный вариант. Его задача - создать условия для легализации российской элиты на Западе.
- Как вы расцениваете разговоры о том, что Медведев может подписать указ об отставке правительства? Кто может стать премьер-министром вместо Путина?
- Дмитрию Медведеву ничто не мешает подписать такой указ, кроме личных отношений между президентом и премьером, - не думаю, что Медведев стремится открыто позиционировать себя как человек неблагодарный. Но если Путина уволят, то народ просто начнет стремительно забывать его. Как премьер он не играет сегодня никакой роли, находится в стороне от выработки антикризисных мер. Фактически Путин остается говорящей головой, причем с небольшим объемом адекватной информации о происходящем. Проблема не в Путине, а в том, что нет сегодня сильной фигуры, которая, придя на смену Путину, радикально изменила бы курс и перешла от латания дыр к выработке новой модели экономики и стратегии развития.
