Российские нефтяники уверяют, что экспорт стал для них занятием убыточным.
Российская нефтянка, долгое время считавшаяся (конечно, наряду с В.В.Путиным) главным источником процветания России и уж точно драйвером, поднявшим ее с колен, переживает кризис. Руководители крупнейших компаний просят деньги у всех, начиная с родного правительства и заканчивая китайцами, а трубопроводы недозагружены на четверть. При этом государственная «Транснефть» требует дополнительного финансирования для того, чтобы строить новые трубопроводы.
Совершенно ясно, что для самого государства жизненно необходимо, чтобы добывалось и уходило на экспорт как можно большее количество нефти, что обеспечивает дополнительные поступления от налогов в бюджет. Поэтому оно заинтересовано в строительстве новых трубопроводов, увеличивающих инфраструктурные возможности, а также в том, чтобы нефтяные компании осваивали новые месторождения. Однако в нынешних условиях нефтяникам может не хватить на это ресурсов.
Более того, они уже начали бить тревогу и просить сокращения экспортных пошлин. Руководители крупнейших компаний обратились к премьеру Владимиру Путину с просьбой о значительном снижении пошлин. Иначе, мол, нефтяники не смогут обслуживать свои долги, им придется существенно урезать инвестиционные программы.
В результате длительного кулуарного торга пошлины были снижены на 22,8%, до $287,3 за тонну - причем задним числом, с 1 ноября. Нефтяники, однако, были разочарованы. Премьер-министр В.Путин вошел в их непростое положение и поручил профильным ведомствам разработать новую формулу ставки экспортной пошлины - с привязкой к рыночной цене. И уже на днях Минфин рассчитал новый размер пошлины, который составит $192,1 и вступит в силу с 1 декабря. Ну а в 2009 году, если исходить из прогнозной цены нефти $50 за баррель, (озвученной вице-премьером Кудриным), то, по оценке аналитика ИК «Велес капитал» Дмитрия Лютягина, она должна будет составить примерно $150.
Правда, при таком раскладе придется урезать уже федеральный бюджет. Граждане за последние восемь лет отвыкли от слова «секвестр». И это хорошо, потому что теперь можно будет смело объяснить им, что секвестр, как и все зло, пришел к нам из-за океана.
Нефтяники, в свою очередь, хотели бы секвестрировать не только пошлины, но еще и расходы на транспортировку. Одна беда: для этого нужно заморозить, а то и вовсе сократить тарифы «Транснефти». Но «Транснефть» сама себе монополия. Естественная - по закону. И двойная, учитывая, что ее глава Николай Токарев знаком с Путиными ничуть не хуже, чем, допустим, Сечин. Следовательно, выбор между интересами «Транснефти», с одной стороны, и «Роснефти» - с другой, будет мучительным и долгим.
Тем более что финансовое положение трубопроводного монополиста сейчас весьма сложное. Виноваты в этом, как ни странно, китайцы. Они обещали выделить компании кредит в размере $8 - 10 млрд. Но товарищи оказались очень несговорчивыми и предложили условия, на которых кредит брать невыгодно. Тем более если деньги можно получить от родного правительства.
Министр финансов Алексей Кудрин уже заявил о том, что соответствующие переговоры идут, но точную сумму кредита пока называть не стал, уточнив, что она будет намного больше, чем 6 - 7 млрд рублей. И правда, $8 - 10 млрд - это намного больше.
«Я не исключаю того, что китайские партнеры могут не исполнить своих обязательств, - комментирует ситуацию аналитик Дмитрий Лютягин. - Основная доля в акционерном капитале «Транснефти» принадлежит непосредственно государству, значит, именно государство может оказать поддержку в полном объеме».
Стоит также отметить, что, по заявлению руководства «Транснефти», для компании единственным источником прибыли являются тарифы. Соответственно, любые дополнительные расходы, в том числе связанные с обслуживанием кредитов, могут быть заложены в тарифы.
По мнению аналитика ИК «Велес Капитал», не исключено, что процентные ставки по государственным кредитам будут относительно невысокими для «Транснефти», и в таком случае существенный рост тарифов на услуги «Транснефти» вряд ли произойдет. По прогнозам Дмитрия Лютягина, определенная индексация составит где-то 15 - 19%. А просьбы нефтяных компаний о заморозке тарифов «Транснефти» вряд ли будут услышаны. Хотя, по предположению аналитика ИГ «КапиталЪ» Виталия Крюкова, нефтяники могут вполне добиться менее сильного повышения тарифов в будущем.
А теперь самый главный вопрос: зачем «Транснефти» именно сейчас понадобился такой большой кредит? Ведь у нее нет острой необходимости рефинансировать сделанные ранее короткие займы, как, например, у «Роснефти». Зато у нее есть необходимость строить трубопроводы.
В первую очередь речь идет о проекте Восточная Сибирь - Тихий океан (ВСТО). Одним из крупнейших потребителей в этом регионе, понятное дело, является тот же Китай. Поэтому не стоит забывать, что антикризисная программа Поднебесной ориентирована на сокращение потребления нефти.
В таком случае прогнозируемая рентабельность трубопровода ВСТО может быть поставлена под сомнение. Хотя аналитик ИГ «КапиталЪ» считает, что говорить о резком снижении темпов роста спроса на нефть со стороны Китая преждевременно: пока есть только признаки его замедления, а негативное влияние на рентабельность ВСТО оказывает скорее невысокая экономическая эффективность самого проекта.
Перспективы трубопровода БТС-2, который «Транснефть» тянет в Европу, вызывают еще больше сомнений. По словам аналитика ИК «Велес Капитал», он может быть загружен не в полном объеме, так как в реальности обустройства месторождений, откуда планируется поставлять нефть по БТС-2, еще не происходит.
Валерий Крюков считает, что сейчас нет экономической необходимости в строительстве дополнительных трубопроводов в Европу: экспортные мощности «Транснефти» недозагружены, а нефтяники, резко сокращая экспорт нефти, переориентируются на поставки нефтепродуктов. Так что для этого могут быть только политические мотивы.
По некоторым прогнозам, на следующий год все же ожидается падение добычи на 5 - 6 млн тонн. А вся наша трубопроводная система недозаполнена примерно на 25%. Кроме того, прокачка нефти сейчас составляет не прежние 70 долларов за тонну, а целых 100, что очень много, учитывая высокую себестоимость добычи нефти в Восточной Сибири. Высокая цена перекачки вместе с падением цен на нефть фактически хоронит экономику новых месторождений в этом районе.
Анна Овян
